Чем должны заниматься банки? А чем не должны

Банковский сектор в экономической теории — это база для развития страны. Если рассказывать просто, то они берут деньги у граждан или бизнеса под будущий доход, взамен выдавая под процент деньги тем, кому они нужны для личных целей или предпринимательства. На разницу между ставками депозитов и кредитов банк живет, при этом помогая и вкладчикам, и заемщикам.

Это базовая функция банков — помогать развитию экономики. В теории все так и работает, но на практике, как обычно, есть нюансы. В Казахстане, например, доля займов бизнесу у банков составляет менее 40%: им интереснее выдавать кредиты физлицам под высокий процент, чем работать с предприятиями. Там нужно работать с залогами, разбираться в сути бизнеса, структурировать займы — это и процедурно, и по времени сложнее, чем выдать рассрочку на бытовую технику или на путешествие. Да и суммы совершенно другие ответственность высокая.

О неправильном направлении развития сектора уже говорил даже президент Токаев. Приведем его цитату с расширенного заседания правительства 10 февраля:

“В настоящее время на долю банковской сферы приходится 84% совокупных активов финансового сектора страны. Однако доля займов бизнесу стабильно остается на невысоком уровне и составляет 38%. В то же время банки второго уровня только в 2025 году сумели, как говорится, “легко и непринужденно” заработать около 3 трлн тенге. Много говорим о создании условий для возврата банков к своей естественной роли как основного источника финансирования экономики. Но каждый раз находятся отговорки”.

И правда, противоречие налицо. Но все становится гораздо интереснее, если посмотреть на детали цифры в 3 трлн тенге. Кто же зарабатывает деньги?

Но внутри этой цифры все гораздо интереснее. Один только Halyk Bank получил 976,8 млрд тенге прибыли — а это, на минуточку, более трети общего результата всего банковского сектора нашей страны.

На чем был получен доход? Явно не на поддержке экономики через кредитование бизнеса, учитывая средний показатель по рынку менее 40%. На самом деле, Halyk Bank традиционно хорошо сидит на обслуживании юрлиц — известная ситуация, когда по умолчанию во многих госорганах и государственных компаниях зарплаты выдаются именно через этот банк. Административный ресурс его силен.

Да и почему бы им не пользоваться? Взять ту же государственную помощь банкам, которая активно выдавалась в 2010-х для поддержки сектора. Halyk Bank активно пиарил, что досрочно вернул государству 250 млрд тенге, выданных Казкому, ранее присоединенному к Halyk. Оставим за скобками вопрос, почему именно этот финансовый институт получил почти за бесплатно обширную инфраструктуру некогда банка-гиганта.

Есть информация, например, что помощь Казкому была гораздо больше. К 2017 году, когда была сделка по слиянию, государство уже влило в банк более 2,5 трлн тенге. На 1 трлн тенге из них купил доходные государственные облигации. При передаче в пользу Halyk они оставались непогашенными. Но основные списания были сделаны и банк находился в “очищенном” состоянии. Куда этот триллион делся после присоединения к Halyk? Вопрос открытый, но очень интересный.

Да и в целом крупнейший банк страны успешно занимается всем, чем угодно, вместо развития собственного бизнеса по тому сценарию, которого ждет от него экономика.

Например, в прошлом году он решил выплатить акционерам почти 230 млрд тенге в виде дивидендов за 2024 год. И годом ранее сумма была чуть менее 280 млрд. С распределением доходов вместо распределения финансов в экономике справляются отлично.

И еще одна вещь, которая хорошо получается у топ-менеджмента банка, — это комментарии для СМИ по любому удобному поводу. На днях, к примеру, председатель правления Умут Шаяхметова вновь разошлась тирадой про плохое состояние экономики Казахстана: якобы высокая базовая ставка не дает Halyk-у кредитовать бизнес, да и в целом последний чувствует себя неважно.

При этом же сразу была выстроена “линия защиты” по доходам самого банка. Было сказано, что заслуги банкиров нужно признавать — они стараются.